комментарии 3 в закладки

«Игра в большинстве – это не ракетостроение». Тренер «Ак Барса» – о победе на Олимпиаде, спецбригадах и виски от Гретцки

erid:

Интервью с Майком Пелино.

В декабре «Ак Барс» укрепил тренерский штаб 62-летним канадцем Майком Пелино. Специалист уже давно сделал себе имя в России, завоевав два Кубка Гагарина с магнитогорским «Металлургом». Кроме того, у него за спиной большой опыт работы в НХЛ и в сборной Канады. В казанском клубе Пелино должен поставить игру в большинстве, с которым у «Ак Барса» были серьёзные проблемы по ходу сезона – лишь 22-е место в регулярном чемпионате с реализацией 14,4%.

В интервью «БИЗНЕС Online» Пелино рассказал, чем «Ак Барс» напоминает ему чемпионский «Металлург», раскрыл некоторые секреты успешной игры в большинстве и объяснил, почему крутые тренеры спокойно могут работать в других видах спорта.

Майк Пелино / фото (здесь и далее): ak-bars.ru

«МНЕ ВСЕГДА НРАВИЛСЯ ХОККЕЙ КВАРТАЛЬНОВА»

– Вы довольно неожиданно ушли из «Металлурга» прошлым летом. В чём причина?

– Я посчитал, что так будет лучше для моей семьи. В общей сложности я провёл в России больше семи лет: пять – в Магнитогорске, по году в Омске и Ярославле. Вы же помните, что весной 2020-го я заболел коронавирусом, когда тренировал «Локомотив», и тогда я думал, что вернулся в Канаду надолго. Я не успевал выздороветь к началу тренировочных лагерей в НХЛ и остался без клуба. Но осенью «Металлург» предложил мне поработать с ним до конца сезона. Я согласился, так как хорошо общаюсь с Ильей Воробьёвым, и мне нравится с ним работать.

Я вернулся в Магнитогорск, после сезона мне предложили новый контракт. Это было очень хорошее предложение, и мне очень хотелось согласиться, но по семейным обстоятельствам мне нужно было вернуться в Канаду. Моему отцу - 90 лет, моей маме – 87, и я посчитал, что мне стоит быть рядом с ними. У моего отца, как и матери моей супруги возникли проблемы со здоровьем, и я думал, что на этом моя работа в России завершена. Но затем отец успешно перенёс операцию, маме стало получше, а в декабре 2021 года мне позвонил Дмитрий Квартальнов с идеей поработать в «Ак Барсе». Я не мог отказаться.

– Илья Воробьёв как-то неоднозначно отреагировал на ваш переход в «Ак Барс» на пресс-конференции в Казани. Вы общались с ним до того, как вернулись в Россию?

– Мы постоянно были на связи. Я знал, что тренерский штаб «Металлурга» хотел моего возвращения, но дела у команды шли очень хорошо, у них и без меня всё получалось. Магнитогорск лидировал в чемпионате, много забивал. И, возможно, руководство клуба посчитало, что меня не стоит возвращать. Может, они были разочарованы в моем решении отказаться от контракта летом. Может, они посчитали, что раз всё и так хорошо, то помочь чем-то я не смогу. Но всё в порядке. Я очень рад тому, что оказался в «Ак Барсе» и работаю с Дмитрием Квартальновым и его тренерским штабом. Здесь всё замечательно.

– Вы смотрели матчи КХЛ, пока находились в Канаде, и если да, то что интересного вы отмечали для себя в игре «Ак Барса»?

– Я смотрел много матчей. У меня есть подписка на КХЛ и Instat. Более того, я люблю смотреть матчи в КХЛ даже больше, чем в НХЛ, потому что моя работа связана с Россией. В основном я следил за командами Восточной конференции, так как они мне ближе, ну а когда Дмитрий позвонил мне, я пересмотрел все матчи «Ак Барса», которые смог найти.

Я хорошо знал некоторых игроков «Ак Барса», так как уже работал с ними в разных клубах. К примеру, это Данис Зарипов, Николай Коваленко и Кирилл Петров. А еще я внимательно изучал «Ак Барс», когда работал в Магнитогорске, так как наше противостояние было, пожалуй, самым напряженным и значимым для «Металлурга». Мне всегда нравился хоккей, который Квартальнов ставит «Ак Барсу», тот стиль, который он использовал в других клубах. «Ак Барс» впечатлял меня глубиной состава. Мне по душе стиль «Ак Барса». Я тоже выступаю за активный и агрессивный хоккей, в котором игроки много работают на площадке.

Я даже нашел много общего между «Ак Барсом» и тем «Металлургом», в котором мне довелось работать. Тогда в Магнитогорске были Крис Ли, суперзвезды вроде Зарипова, Мозякина и Яна Коваржа, а в дополнении с ними были такие сильные игроки, как Оскар Осала. У Казани есть Стив Кэмпфер, он очень сильный защитник. У нас достаточно много других умелых игроков, о которых говорят меньше, чем они того заслуживают. Даже когда я смотрел на игру команды в большинстве, то видел потенциал для улучшения. У нас классная команда, очень опытный тренерский штаб. Надеюсь, что мой опыт поможет им стать еще чуточку лучше. 

«КОГДА ИГРОКИ ВЕРЯТ В СЕБЯ, ЕСТЬ РЕЗУЛЬТАТ В БОЛЬШИНСТВЕ»

– Так получилось, что «Ак Барс» забил несколько голов в большинстве, когда стало известно о вашем подписании. Это совпадение или вы сразу указали Дмитрию Квартальнову на какие-то слабые места?

– Я тоже помню тот матч. Такое случается. Конечно, мы обсудили кое-какие моменты, но бывает, что у игроков просто всё получается, и шайба идёт в ворота. Задача тренера заключается в том, чтобы понять, какие аспекты игры нуждаются в усилении, что команда, может быть, делает недостаточно хорошо, и найти общий язык с игроками, чтобы исправить ситуацию. Для меня при игре в большинстве важны скорость, хороший контроль шайбы, умение сыграть нестандартно, чтобы перехитрить соперника, и, конечно, нужен трафик перед воротами. Если объединить всё это вместе, то получится хорошее большинство. А когда у игроков получается, у них появляется уверенность. Когда они верят в то, что делают – появляется результат.

– Например?

– Возьмём «Эдмонтон». В начале сезона они играли великолепно, реализовывали большинство с отличным процентом и побеждали, но когда команда стала терять уверенность, её результаты ухудшились. Посмотрите на прошлогодний «Торонто». Они были ужасны в большинстве, ужасно провели плей-офф. В этом году у них такой же состав спецбригад, и они лучшая команда НХЛ по игре в неравных составах. Всё дело в уверенности.

Игра в большинстве – это не ракетостроение. Нужно взять игроков, заставить их поверить в то, что ты им рассказываешь, отработать всё на тренировках, а когда они поверят в себя, от этого можно отталкиваться и идти дальше.

– Уже много лет образцовым считается большинство «Тампа-Бэй». Почему его ещё не прочитали и не поняли, как нейтрализовать?

– Важная составляющая этого – подбор игроков. В «Тампа-Бэй» много сильных исполнителей, которые умеют завершать атаки: Никита Кучеров, Стивен Стэмкос, Виктор Хедман, Брэйден Пойнт... А как играл Тайлер Джонсон, когда был там! Также, как я уже говорил, им очень помогает уверенность в себе.

Даже когда соперник предполагает, что хочет сделать «Тампа-Бэй» в большинстве, она всё равно это делает. Каждая команда НХЛ знает, как сыграет Александр Овечкин, но он продолжает забивать. В качестве примера из КХЛ приведу Сергея Мозякина. Все знали, что он опасен, как он играет, но он всё равно делал это, потому что он из категории особенных игроков, которые способны на такие вещи.

Когда-то я следил за американским футболом, и запомнил, как тренер команды из колледжа Нотр-Дам рассказывал об игре. Он говорил, что мог сообщить тренеру соперников о своём плане на матч, но его команда всё равно бы победила, так как была уверена в себе. У неё было необходимое сочетание таланта, проделанной работы и вера в свои силы. Когда соперник изучает наше большинство, я всё равно чувствую себя спокойно.

К примеру, когда я работал в Омске, дела в регулярке в плане большинства у нас шли не очень. Но мы знали, что наши старания не проходят даром, так как у игроков появилась уверенность. И когда мы вышли в плей-офф, то забивали в неравных составах 15 игр подряд. И нам противостояли серьёзные соперники – «Ак Барс», «Салават Юлаев», «Барыс». Процент подскочил с 17 до 35. Надеюсь, «Ак Барсу» удастся сделать такое же в плей-офф.

– Когда вы ставите команде большинство, то ориентируетесь на имеющихся игроков или у вас схемы, под которую вы ищете нужных исполнителей?

– Это важный вопрос. Конечно, ты отталкиваешься от тех игроков, которые есть в наличии, используешь их сильные стороны и технический арсенал. Ты строишь большинство из того, что есть, не забывая о принципах, которые делают спецбригады эффективными. К примеру, если у тебя есть парни с броском, как у Овечкина или Стэмкоса, ты подстраиваешь большинство под них. Если у тебя есть диспетчер, вроде Никиты Кучерова, Артемия Панарина или Блэйка Уилера, нужно сделать акцент на них. Если у тебя есть такой доминирующий защитник, как Кэйл Макар из «Колорадо», то нельзя не использовать его сильные стороны. Посмотрите, например, на «Авангард». Их два самых важных игрока в большинстве – Корбен Найт и Оливер Каски. Да, у них есть Сергей Толчинский и другие хорошие хоккеисты, но именно эти двое – фундамент их спецбригад большинства.

Мы продолжаем работать над нашими спецбригадами, используя сильные стороны игроков и рассказывая им о том, что является самым важным при реализации большинства.

– А как работать над большинством, если сразу несколько ключевых игроков из спецбригад уехали на Олимпиаду?

– Работа тренера не прекращается, кто бы ни был в твоем распоряжении. Мы готовили к плей-офф тех, кто у нас есть. Когда все остальные подтянулись к команде, мы начали работать и с ними.

«ЛЕМЬЕ? Я ВИДЕЛ ТАКОЕ В ИСПОЛНЕНИИ ЗАРИПОВА И МОЗЯКИНА»

– Вы были на Олимпиаде-2002 в Солт-Лэйк Сити. Как удалось попасть в ту звёздную сборную Канады?

– О да, у нас была великолепная команда и было очень приятно выиграть «золото» Олимпиады впервые за 50 лет. У меня осталось много отличных воспоминаний с того турнира. Получилось так, что в 1999-м федерация хоккея Канады пригласила меня на пост главного тренера национальной команды. Той, что функционировала на протяжении всего года и играла в Европе. Мы выступали на Евротуре, Кубке Шпенглера, Кубке Германии и других турнирах, и в общей сложности проводили по 60 - 70 матчей в год. Я провёл в федерации четыре года, и на время Олимпиады-2002 также был в составе сборной. Там также были Пэт Куинн, Кен Хичкок и Жак Мартен из клубов НХЛ и Уэйн Флеминг, который, как и я, работал в федерации. А генеральным менеджером был Уэйн Гретцки.

– Я читал, что вы были видеотренером сборной Канады на Олимпиаде. Что еще вы делали?

– Работы было много, и в том числе я выполнял функции видеотренера. Мы с Флемингом проделали много подготовительной работы. Так как тренеры НХЛ были заняты со своими клубами, мы взяли на себя подготовку скаутских отчетов, разработку игрового плана, всю техническую часть. Также мы общались с игроками перед турниром, разработали логистику команды, убедились, что всё в порядке с раздевалками.

– Какие видео вы делали?

– Помимо разбора соперников, я создал пару мотивационных видео, чтобы объединить парней общей идеей. Нам хотелось, чтобы наши игроки гордились тем, что представляют Канаду на Олимпиаде, чтобы для них этот турнир стал особенным. В этом видео были отрывки из выступлений великих канадских спортсменов, как, например, Терри Фокс, Бобби Орр, Гретцки, Фил Эспозито, Морис Ришар и так далее.


А в другом видео я собрал клипы голов и ярких моментов с участием Эрика Линдроса за «Рейнджерс», Эла МакИнниса за «Сент-Луис», Марио Лемье за «Питтсбург», Стива Айзермана и Брэндана Шэнахана за «Детройт» и так далее, и там же были видео голов наших ребят за сборную Канады. Мы показывали их перед матчами плей-офф и финалом Олимпиады.

Вы же понимаете, что в Канаде у лучших игроков нет перерывов в НХЛ для выступлений за сборную. Они не так часто могут играть друг с другом и перед Олимпиадой в Солт-Лэйк Сити у нас был один тренировочный лагерь на пару дней в сентябре и одна раскатка уже в феврале. Игроки собрались 14 февраля, а на следующий день им предстоял первый матч.

– Это были всего лишь вторые в истории Игры с участием игроков НХЛ. Что значила для них победа на Олимпиаде?

– Этот турнир был особенным для меня и для остальных игроков. Прежде Олимпиада мало что значила для канадских хоккеистов, потому что все они мечтали только об НХЛ, но когда у них появилась возможность приезжать на Игры, они очень воодушевились и зажглись идеей победить. Всем хотелось представлять Канаду на Олимпиаде, всем хотелось оказаться на лучшем на тот момент хоккейном турнире в истории.

И это действительно был потрясающий турнир. Мы жили в олимпийской деревне, у нас был свой собственный дом, где жили не только хоккеисты, но и лыжники, бобслеисты, команды по кёрлингу и женскому хоккею. Почти каждый вечер мы с Пэтом Куинном сидели на крыльце дома, говорили о хоккее и курили сигары, а мимо проходили представители разных видов спорта и общались с нами. Это было невероятное время.

– Ещё два вопроса про победу канадцев в 2002-м. Как команда отреагировала на разгром в первом матче от шведов (2:5)?

– Это был интересный момент, который заставил нас задуматься. Но когда в твоей команде есть Лемье и Гретцки... Марио сразу сказал в раздевалке, что переживать не о чем. Мы знали, что выйдем в плей-офф и наша цель была выиграть турнир, а не каждый матч в группе. Шведы играли очень хорошо и заслуженно победили, но из-за расписания в чемпионате НХЛ наша сборная собралась вместе за день до матча, а у всех остальных команд было больше времени, чтобы подготовиться. Или хотя бы потренироваться пару дней. Так вот Марио сказал, что ничего ужасного не случилось. Мы будем прибавлять с каждым днём и будем готовы к плей-офф.

То же самое говорил Уэйн Гретцки. Вы можете представить, как тогда запаниковали болельщики в Канаде. Ведь и у вас, и у нас по хоккею сходят с ума. Когда сборная России проигрывает или не побеждает с крупным счетом, то все – наступает паника. Как будто случилась трагедия, верно? Мы довольно быстро пришли в себя после того поражения и к финалу стали очень хорошей командой. В матче за золото Канада победила США со счетом 5:2 и выглядела уверенно.

– И второе: голевой пас Марио Лемье в финале с трибун смотрелся так же круто, как на экране телевизора?

– В реальной жизни он выглядел также фантастически. Знаете, это один из тех моментов в жизни, когда ты видишь, как игрок показывает особое мастерство. Я видел такое в Магнитогорске с участием Зарипова и Мозякина. Внезапно кто-то из игроков делает такое, от чего ты покачиваешь головой и не веришь своим глазам. Марио просто пропустил шайбу, чтобы Пол Кария смог бросить, и это было просто гениально. Я сказал себе: «Вау, неужели он специально так сделал?» Конечно, специально. И это было великолепно.


«БЫЛ УДИВЛЁН, ЧТО НА ОЛИМПИАДУ НЕ ВЗЯЛИ БУРДАСОВА И ФЕРА»

– Олимпиада без игроков НХЛ канадским болельщикам вообще была интересна? В России интерес к ней значительно упал.

– Первое – всем бы хотелось, чтобы все лучшие игроки мира сыграли в Пекине. Когда ты покупаешь билет на матч НХЛ, ты явно хочешь видеть суперзвезд, вроде Макдэвида или Овечкина. Это же относится к поклонникам Олимпиады. Они бы точно предпочли увидеть всех лучших и наслаждаться их талантом.

Но в то же время игроки, которые приехали в Пекин, пролили столько крови и пота, сколько понадобилось, чтобы завоевать «золото», и канадские болельщики уважают их за это. Точно также в Канаде переживают за женский хоккей. Болеют за тех, кого любят, и не так важно, есть в этой сборной игроки из НХЛ, или она собрана из представителей клубов КХЛ и других лиг.

– Состав сборной России вызвал много споров в прессе...

К примеру я увидел состав сборной России и сказал: «Как они могли не взять Антона Бурдасова? Почему Андрей Кузьменко не в основе?» Я посмотрел на Артёма Галимова на тренировке и воскликнул: «Неужели к нему не могли присмотреться тщательнее в сборной?»

– Что удивило в составе Канады?

– Я не хочу принижать уровень игроков, но, конечно, я был удивлён. В составе сборной Канады были хорошие игроки, были те, кто станет хорошими игроками в будущем. Но так всегда бывает, когда ты смотришь на состав и с чем-то не согласен. Я удивлён, что в команде не оказалось Тэйлора Бека или Эрика Фера. Эрик – отличный хоккеист. Но тренеры принимают решения и отвечают за них. Может быть, я взял бы других игроков, кому-то нравится кто-то еще, но тем и прекрасен хоккей.

Эрик Фер

Вообще я очень, что рад «Ак Барс» был представлен на Олимпиаде большим количеством игроков. Это очень здорово для клуба и самих хоккеистов. Я счастлив за Дмитрия Воронкова и Тимура Билялова, я рад за Джейсона Демерса, Джордана Уила, Марка Барберио и Стива Кэмпфера. Конечно, нам в клубе хотелось бы, чтобы в эту паузу все игроки были на тренировках и готовились к плей-офф, но не забываем, что Олимпиада – это особенный турнир, и мы гордимся тем, что они представляли «Ак Барс» в Пекине.

«Овечкин позвонил мне, когда я подписался с «Ак Барсом». Интервью с Эриком Фером

– Стивен Кэмпфер был шестым-седьмым защитником в клубах НХЛ, а в КХЛ он звезда. Что помогло ему стать лидером «Ак Барса»?

– Соглашусь, что Стивен великолепно проводит сезон. У него есть нужный технический арсенал, он очень трудолюбив и приехал в Россию с правильным настроем. В НХЛ у него не было таких возможностей проявить себя, но он получил её в Казани. Посмотрите на Никиту Гусева. По мне, это великолепный хоккеист, и в Северной Америке ему должны были дать больше шансов. Он решил вернуться в КХЛ и снова выглядит здорово. Так и в случае с Кэмпфером. Он получил по-настоящему хороший шанс и использовал его.

«КИНЭН СРАЗУ ПОНЯЛ, ЧТО ЗАРИПОВ – ОСОБЕННЫЙ ИГРОК»

– Что, по-вашему, не складывалось у Джордана Уила в начале сезона?

– Я думаю, это адаптация к новым условиям, новым партнёрам и тренерам. Ко всему нужно привыкнуть, понять, что от тебя хотят. И опять же, я скажу об уверенности. Илья Михеев в прошлом сезоне почти не забивал за «Торонто», а в этом забросил 6 - 7 голов в первых же матчах. Он же не научился быть снайпером за ночь, верно? Но когда Илья обрёл уверенность, ему стали больше доверять, а когда у него появилось больше времени, он использовал эту возможность.

А как, объясните, Александр Радулов, который, как по мне, остается отличным игроком, не забивал 20 - 25 матчей подряд? Спады и всплески есть у всех. Многим игрокам, которые перебираются из Америки в Россию или отправляются в Америку из России, нужно время, чтобы адаптироваться к новой стране, к новым одноклубникам и прочим вещам. И всё это отражается на игре.

– Как Кинэну и Зарипову удалось сработаться в Магнитогорске? Мы слышали о непростом характере Майка, а для Даниса это был первый сезон после ухода из «Ак Барса».

– Для начала скажу, что очень часто всё, что мы слышим о репутации людей, на самом деле оказывается не до конца правдивой информацией. Кинэн – потрясающий человек. Да, он был суров и требователен в НХЛ, и он был таким же в России. Но Майк с большим уважением относится к игрокам, и тогда в Магнитогорске он очень хорошо относился к Данису. Майк сразу понял, что Зи – особенный игрок. Да, им нужно было услышать друг друга, научиться работать друг с другом, но в конце концов это привело к тому, что в выигрыше остались оба. Зарипов был великолепен в Магнитогорске. Возможно, помогло то, что с возрастом Данис стал уделять больше внимания своему телу, но он и сейчас находится в отличной форме, хотя ему 40. Он остаётся игроком очень высокого уровня в этой лиге.

Данис Зарипов

– Вы работали со сборной Канады еще в начале 90-х. Насколько сильно поменялась работа тренера с тех пор?

– Определенно у тебя стало больше источников информации. Раньше у нас не было такого количества видео, статистики и аналитики. Изменились методы тренировок на льду, так как стали доступны многие технические новинки. Но я считаю, что главное осталось тем же. Успех работы зависит от твоих отношений с игроками, того, как ты готовишь и учишь их. Задача тренера – достать все лучшее, на что способны игроки, и помочь им выйти на максимальный уровень. Это достигается благодаря совместной работе, тому, как ты помогаешь их развитию.

Можно ли обойтись без современных технологий и быть успешным тренером? Можно, но достигать целей намного проще, используя все возможные ресурсы. Представь себе кухню. Ты можешь приготовить вкусный обед из простых продуктов, но если у тебя под рукой современная техника, большой выбор всего, тебе будет проще.

– Вы поработали с такими звездным тренерами, как Кинэн, Барри Троц, Майк Бэбкок и Кен Хичкок, и никто из них не играл в хоккей на профессиональном уровне. Как это объяснить?

– Ты можешь стать великим тренером без великой игровой карьеры. Всё зависит от твоей мотивации, от твоего старания и внимания к деталям. И, конечно, тому, как ты общаешься с людьми. Мне кажется, что если ты добился успехов в одном виде спорта, то вполне можешь стать классным тренером в другом. Даже если у тебя нет больших познаний в том виде спорте, где ты хочешь тренировать. Я думаю, что Анатолий Тарасов или Майк Кинэн могли бы тренировать команду по водному поло, и даже если бы они не умели плавать, то всё равно получили бы максимум от своих подопечных. Обучать спортсменов техническим вещам могут твои помощники. Ты можешь дать игрокам мотивацию, уверенность, зарядить их на успех и это очень важно.

Если ты досконально знаешь свой вид спорта, это не гарантирует того, что твоя карьера тренера будет успешной. Гретцки был величайшим хоккеистом в истории Северной Америки, и хотя он был хорошим тренером, его команды не так много выиграли. Так это иногда работает. А Бэбкок вообще не играл на профессиональном уровне и сколько побед у его команд. А Джон Купер из «Тампа-Бэй» вообще занимался лакроссом.

«ДЛЯ ВОЗМОЖНОГО ПРАЗДНОВАНИЯ ПРИХВАТИЛ ВИСКИ ОТ ГРЕТЦКИ»

– Как вы относитесь к тому, что современные игроки уделяют больше внимания психологии? В 90-х такого, наверное, не было.

– Хоккей не стоит на месте, и мы тоже учимся. Тренеры, игроки – все. В 90-е фитнес тоже не был популярен среди игроков, а сейчас это обычное дело. То же самое с психологией. В те времена мы не знали о ней столько, сколько сейчас, и не разбирались в ней. А сейчас ты должен быть психологически устойчив, ты должен понимать игру больше, чем когда-либо. Недостаточно просто сильно бросать или классно кататься.

– Как вы думаете, что на душе у тренеров, которые долго не могут выиграть Кубок?

– Мне сложно сказать, но определенно нужно быть очень устойчивым и понимать, что даже если не всё складывается в твою пользу, нужно продолжать работу и отдаваться делу полностью. Рэй Бурк провёл в НХЛ 17 лет прежде чем выиграть Кубок Стэнли с «Колорадо». Барри Троц шел к Кубку Стэнли больше 15 лет, и я знаю много тренеров, которые так и не добились своего, хотя много лет шли к победе. Нужно работать и верить, что однажды это случится. Я знаю, что Дмитрий верит в это, и я тоже верю. Надеюсь, всё случится уже в этом году.

Майк Пелино (справа) и Илья Воробьёв в Кубке Гагарина-2017 / фото: © Alexander Kulebyakin, globallookpress.com

– Вы выросли в атмосфере холодной войны и очень непростых отношений между СССР и североамериканскими странами. Как семья и родители отнеслись к вашему переезду в Россию?

– С пониманием и поддержкой. Они посчитали, что это отличная возможность проявить себя. Они знали, насколько важна для меня тренерская работа и относятся к этому также, как если бы я был доктором и отправился в другую страну. В России очень сильная хоккейная культура, у неё богатая история, и я рад находиться здесь. Я помню, как в 12 лет смотрел матчи суперсерии между СССР и Канадой. Я тогда болел за «Бостон» и обожал Бобби Орра. Из советских игроков больше всего мне запомнились Валерий Харламов, Александр Якушев и, конечно, Владислав Третьяк. С Якушевым я даже встретился в Москве несколько лет назад.

– Вы привезли с собой из Канады несколько бутылок виски, который производит компания Гретцки, и сказали, что прибережете их для особого случая.

– Я считаю, что нужно относиться с благодарностью к победам, и если у тебя есть возможность как-то отметить её – даже символически – это нужно делать, чтобы и дальше всё складывалось хорошо. Когда я собирался в Казань, то знал, что повод отметить победу у нас точно будет, и захватил с собой кое-что. Это не более, чем символ. Как те каски или шапки, которые команды надевают после матчей в раздевалках. Такие вещи помогают поднять командный дух. Я подумал, что будет здорово порадовать ребят в команде и взял небольшую бутылку виски для возможного празднования.

– Гретцки классно играл в хоккей. А виски он делает хороший?

– Кстати, это ещё один хороший пример. Уэйн ничего не знает о производстве виски, но он помог построить компанию, которая создала очень популярный продукт. Как я уже сказал, для меня это своеобразный символ. Уэйн – величайший хоккеист в истории Канады, и, наверное, будет символично, если у нас появится шанс отпраздновать победу именно виски, который произвёл самый лучший игрок.

ДОСЬЕ «БИЗНЕС Online»
Майк ПЕЛИНО
Тренер «Ак Барса»
Дата рождения: 13 ноября 1959
Место рождения: Уэлланд (Канада)
Карьера главного тренера: Университета Брока – 1987 - 1997; «Питерборо» (хоккейная лига Онтарио) – 2010 - 2012; «Локомотив» (Ярославль) – 2019/20.
Карьере ассистента главного тренера: «Спокан Чифс» (Западная хоккейная лига) – 1997 – 1999; сборная Канады – 1999 - 2003, 2016/17; «Нью-Йорк Рейнджерс» (НХЛ) – 2005 – 2009; «Сан-Антонио» (АХЛ) – 2009/10; «Металлург» (Магнитогорск) – 2013 – 2018, 2020/21; «Авангард» (Омск) – 2018/19; «Локомотив» (Ярославль) – 2019/20; «Ак Барс» (Казань») – с сезона 2021/22.
Достижения в качестве тренера: «золото» Олимпийских игр (2002), «золото» чемпионата мира среди молодёжных сборных (1997), обладатель Кубка Шпенглера (2002), чемпион мира (2003), обладатель Кубка Гагарина (2014, 2016), серебряный призёр чемпионата России (2017, 2019).

Максим Столяров
Оценка текста
+
4
-