erid:
Вячеслав Чанов открывает первую в стране школу вратарей, которая может получить имя его ученика.
«Бирюков, Кафанов и я – как раз наша троица держит вратарскую систему России», – сказал в интервью «БИЗНЕС Online» Вячеслав Чанов. В свое время он раскрыл талант Игоря Акинфеева, довел до уровня сборной Вениамина Мандрыкина и реанимировал карьеру Владимира Габулова, который поехал на чемпионат мира.
Что вы прочитаете дальше:
– вратарь – это на 80% психология.
– уход Акинфеева из сборной пошёл ему на пользу.
– из-за Андре Виллаша-Боаша пропал Юрий Лодыгин.
– как из-за суеверий Чанов не здоровался даже с братом.
![](http://img-cdn5.business-gazeta.ru/images/5e/a2ba-0bba5ee3838bdb5ed3fbf9965d287e31.jpg)
«ЯШИН И НОЙЕР – ЛУЧШИЕ ВРАТАРИ В ИСТОРИИ»
– Вячеслав Викторович, на ваш взгляд, кто лучший вратарь мира прямо сейчас?
– Мне нравится как играет Давид де Хеа в Англии. В сборной он выделяется не так ярко. Могу выделить Тибо Куртуа. Тот же Кейлор Навас. Они доказывают свой класс. Я считаю, что хороший вратарь – это тот, кто не допускает ошибок.
– А в истории?
– Выделю двоих: Лев Иванович Яшин и Мануэль Нойер. Да, у них тоже были ошибки, но они вносят что-то новое в игру вратаря. Что ввел Яшин? Это игра на выходах, ввод мяча в игру рукой и многое другое. Вся новизна в игру вратаря пришла по большому счету от него. Нойер расширил границы игры ногами. Он далеко выходит из ворот, хотя в большинстве своем голкиперы открываются в створе ворот, не выходя за штрафную. И на его примере уже начинаешь готовить современных вратарей по-другому.
– Вы знаете точное количество своих воспитанников, которые играют или играли на высшем уровне?
– Я по-моему даже считал как-то. Вышло где-то 17 человек. Это я считал только тех, которые играли в сборных. А если мы начнем с самого начала, то через меня прошли такие вратари как Андрей Новосадов из ЦСКА, Женя Плотников. Тогда вообще не было никаких тренеров, тем более по вратарям. Брат – Виктор Чанов, Дима Харин проходили через мои руки. Тогда я начал понимать, что у меня что-то может получиться. А уже когда закончил, то начиная с 1995 года я с перерывами работал в ЦСКА. И практически каждый год было так, что если в клубе менялся вратарь, то через год он проводил хотя бы одну игру за сборную. Семья у нас футбольная, но у папы и Виктора тренерское направление не пошло. Видимо, мне за всех в семье отдали травмы и тренерские навыки.
– У вас осталась обида на ЦСКА из-за того, что с вами прекратили сотрудничество?
– Как вам сказать… Не обида, но что-то неприятное осталось. Но это жизнь. Ничто не вечно. У меня остались хорошие отношения, за всё это время мы столько прошли вместе. Поэтому, не сказал бы, что это слово «обида». Они – работодатели и имеют право решать, кто нужен, а кто – нет. В клубе посчитали, что я постарел и решили меня заменить. Это те ситуации, на которые мы повлиять не можем. Поэтому, здесь надо ко всему относиться философски.
– В последние годы работы в ЦСКА вы были в молодежке. Кто-то из ребят выделялся из общей массы? Можете назвать кого-то, кто через несколько лет станет топом?
– Нет, потому что такие как Акинфеев рождаются раз в сто лет. Это даже не мои слова. Но мы сейчас о другом. Народ смеётся, но у нас есть вратарь из молодежки, который в Лиге чемпионов отыграл на ноль. Это Георгий Кырнац. Он, Паша Овчинников, Ваня Злобин, тот же Илья Помазун… Это те вратари, которые были у нас в ЦСКА. Когда их тренируешь, то немного глаза замыливаются и мне кажется, что лучше их вообще никого нет.
– Иван Злобин сейчас играет в «Бенфике». Вы поддерживаете с ним связь?
– Да, часто переписываемся, созваниваемся с ним. Мама его часто звонит из Тюмени. Был период, когда он был третьим вратарем в «Бенфике». Он несколько раз просил помочь ему упражнениями. Я помогал.
– Португальские тренеры вратарей не вытягивают?
– Да, видимо где-то пробелы есть. Иван рассказывал, что португальцы когда увидели эти упражнения, просто обалдели (смеётся).
![](http://img-cdn7.business-gazeta.ru/images/7d/2fdd-c23080c86088e6daa22f83d6ba26ea8f.jpg)
–
Когда в последний раз
созванивались с Игорем Акинфеевым?
– Позавчера.
– О чем говорили?
– О своем, о жизни. Мы с ним общаемся довольно тесно. С ним и Володей Габуловым. Обсуждаем уже не только спортивные, но и житейские вопросы. Я очень рад, что мои ученики не просто хорошие вратари, но и прекрасные люди.
– Вы как-то рассказывали, что уже при первой встрече с Игорем поняли, что он вырастет в классного вратаря. Что такого вы в нем разглядели?
– Я с ним работал начиная с 14 лет, еще со школы. Уже тогда мне нравилось, как он умеет читать игру и предвосхищать события. Это всегда было одной из сильных его сторон. Его потенциал был виден. В молодежном составе и в школе он выделялся. А когда он попал в основной состав, то у нас случилась беда с Вениамином Мандрыкиным, который получил травму. И мы решали кого поставить. И мы с Газзаевым рискнули. Но на это были все основания. Валерий Георгиевич не боялся рисковать. Например, тот же План Дзагоев появился в основном составе в очень юном возрасте еще. Также и Игорь. Первая игра закончилась победой - 2:0. И слава Богу, потому что это психологически помогло дальнейшему развитию. Например, мой дебют – это 1:4 дома с Владикавказом.
– А как вратарю выходить на второй матч после такого неудачного дебюта? Каждый мяч голкиперы пропускают через себя… Это же психологически трудно?
– Естественно. Но когда ты переживаешь это, то становишься сильнее. Я это дело прошел, а дальше уже покатило.
– На ваш взгляд, в чем феномен Акинфеева?
– Первое – умение читать игру. Он здорово владеет своими эмоциями. Дальше уже идёт специфика. Например, грамотные подсказы защитникам и так далее. Он всё время нацелен и его не собьешь с истинного пути. Второе – ему от природы дана резкость. Он достаточно резкий и довольно быстро входит в форму после перерывов, отпусков и травм. Например, кому-то надо чуть ли не месяц тренироваться, а Игорю двух недель всегда хватало.
Он с честью выходил после травм крестов. Причем дважды. И доказал кто он и чего стоит. Мы видим, что это лучший наш вратарь. Практически все вратарские рекорды он переписал на себя. Остался только один – по отраженным пенальти.
– Лидирует Роман Березовский?
– Да, а я на втором месте. Но зато у меня есть рекорд, который уже никогда не перебьют однозначно. Я лидер по отраженным пенальти в СССР. А сейчас такой страны уже нет.
– Как вы отбивали пенальти? Анализировали бьющего, давили на него эмоционально?
– Всё сразу. Были и свои записки кто-куда бьет, порой, надо было помочь игроку с тем, чтобы он пробил туда, куда тебе надо. Были свои хитрости, когда качаешь вправо – уходишь влево. Были игроки, которых надо было два раза качать. Моментами обманывал их глазами. Иной раз приходило шестое чувство: нападающий ставил мяч на отметку, а мне его уже жалко. Я знал, что он не забьёт. Самое главное – выиграть психологическую дуэль.
– Вратари – самые суеверные люди в мире?
– Возможно. Например, был такой вратарь русского хоккея Анатолий Мельников. Перед каждой игрой он гладил шнурки. У меня тоже были приметы. Например, я форму стирал всегда сам, перед каждой игрой перчатки мочил водой, чтобы к утру они высыхали – мне так нравилось. В день игры нужно было встать с определенной ноги, утром обязательно поесть творог, в обед выпить чашки четыре кофе и пироженок штук пять. У всех есть приметы, поверьте. Просто некоторые вратари, которые пока играют, не особо хотят об этом говорить.
– Про примету Артёма Реброва знают все...
– Да. Вот и я также, когда выходил на поле, обязательно касался штанги и выбирал левые ворота. Солнце, не солнце… Спрашивали: «А чего ты их взял?». Я считал, что так надо.
– В финале Кубка СССР против киевского «Динамо» вы не поздоровались со своим братом. Тоже одна из примет?
– Да. Тогда в подтрибунке мы стояли и ждали выхода на поле, а напротив в команде соперников твои друзья, с которыми в сборной играл. И руки я там не подавал. После игры – пожалуйста.
– Он не обиделся на вас?
– Он сначала не понял. После игры уже объяснились. Он говорил, что немножко ошалел – родной брат не поздоровался.
![](http://img-cdn2.business-gazeta.ru/images/7a/51e8-207919accd364551d55e91b367c243d2.jpg)
«ИЗ ПЛОХОГО ЧЕЛОВЕКА ХОРОШЕГО
ВРАТАРЯ НЕ ПОЛУЧИТСЯ»
– Не жалеете, что в свое время Игорь не уехал в Европу? После Евро-2008 говорили о предметном интересе со стороны «Манчестер Юнайтед»...
– Это его решение. Каждый человек владеет своей судьбой. Он решил остаться здесь. И если ему хорошо в ЦСКА, то зачем уезжать? И мы бы его не видели. Да, возможно, там он бы взял еще несколько трофеев. Но, повторюсь, это его решение. Мы должны это принимать это правильно.
Мне самому удалось поиграть в Германии. Мне уже было 37 лет и я играл до 44-х. В этот момент ты понимаешь, что здесь твой уровень все знают, а там приезжаешь легионером, которому надо всё заново доказывать. Потому что никого не волнует, что и как у тебя там было ранее. Но я думаю, что даже не это главное. Есть хорошая пословица – от добра добра не ищут.
– На поле Игорь – максимально сосредоточенный человек с железными нервами. Какой он в жизни?
– Это серьезный молодой человек. Ваши коллеги часто говорят, что он недоступен, не даёт интервью… А для меня нет никаких проблем. Мы столько лет рядом и вместе. Он состоявшийся человек и всегда откликнется и придёт на помощь. Также как и Володя Габулов. Мы столько лет с ними вместе и я не заметил каких-то негативных сторон в них. Сейчас уже я иногда спрашиваю у ребят какие-то советы. Есть такая хорошая фраза – из плохого человека хорошего вратаря не получится.
– Как думаете, сколько сезонов Акинфеев продержится на высоком уровне?
– Тут трудно сказать. Это зависит от человека. И как-то прикидывать сколько ты сможешь… Я что ли собирался до 44-х лет играть? Так получилось. Он может устать и сказать «Всё». Брат у меня закончил пораньше, потому что устал. Здесь всё индивидуально. Конечно, хочется, чтобы он играл, пока играется и продолжал доставлять ту радость, которую от его игры получают болельщики ЦСКА.
– Как отреагировали на новость, что он ушел из сборной?
– Понятно, что тут определенную роль сыграли и советы врачей. У него были большие нагрузки и практически не было выходных. При таком графике его вратарский век становится короче. Это сказали даже врачи. А сейчас после игр он приезжает домой, у него появляются выходные дни. Даже улыбаться он стал по-другому. Я вижу, что уход идёт ему на пользу. И на этом фоне он провел очень хороший конец сезона за ЦСКА. Это как раз и есть свидетельство того, что он всё сделал правильно.
– Что вы ему сказали после игры с Испанией?
– Прежде всего поздравил. Всегда после каждого матча мы созваниваемся из дома. А потом напомнил ему, что я тоже когда-то взял удар таким образом. Тогда мы играли с «Динамо» Тбилиси. Так уж пошутили, посмеялись. Самое главное, что он сделал то, что сделал.
– После ухода Акинфеева пост номер один в сборной занял Андрей Лунёв. На ваш взгляд, он способен безболезненно заменить Игоря в национальной команде?
– Когда у меня в первый раз спросили, кто может заменить Игоря в сборной, я назвал Лунёва. Хотя сейчас у него получилась скомканная концовка сезона. Теперь всё зависит от Андрея. Вы же мне задавали вопрос про 1:4? Вот и здесь тоже самое. Если он пройдет это, то всё будет хорошо.
– За несколько лет Лунёв превратился от вратаря клуба ПФЛ в первого номера в сборной. Что должен делать тренер вратарей, чтобы его ученик не поймал звезду и не зазнался?
– Тут только ежедневные разговоры.
– Значит, определенный груз ответственности лежит и на тренере вратарей «Зенита» Михаиле Бирюкове?
– У него большой опыт и я думаю, что он справится. Бирюков, Кафанов и я – как раз наша троица держит вратарскую систему России. Мы не хотим, чтобы она пропала и я никому не дам сказать, что у нас не было советской и российской школы вратарей. Была, есть и, думаю, будет.
– В вашей тренерской карьере были вратари, которые при должном отношении к делу могли вырасти в топовых игроков, но не выросли?
– Да, можно сказать, что были. Но не хотелось бы называть фамилии. Конечно, не все выдерживают славу, контракты, деньги и те же травмы. Не все смогли пройти через это.
![](http://img-cdn3.business-gazeta.ru/images/1a/706c-608a432dd6993fb26b92964451a94764.jpg)
–
А что случилось с Лодыгиным?
В один момент он был реальным конкурентом
Акинфеева за место в составе сборной.
Но потом пропал…
– Я считаю, что дело в голове, это связано с психологией. Но это надо разговаривать с тем, кто рядом с ним. В моем понимании, он не был готов к тем требованиям, которые ему предъявлял Андре Виллаш-Боаш. Его заставляли играть в несвойственной ему манере. Тренер просил его далеко выходить из ворот, страховать защитников. Это то, чем владеет Игорь. А сильная сторона Лодыгина – игра на ленте. Примером этого был матч со «Спартаком», когда Ивелин Попов забросил ему мяч за шиворот. А тренер всё равно продолжает требовать. Все-таки надо играть на сильных сторонах.
– Насколько важна психология в работе с вратарями?
– Вратарь – это на 80 процентов психология. Естественно, тренер должен быть подготовлен. Если мы говорим, что вратари – это штучный товар, то что такое тренер по вратарям? Здесь только психологический настрой, умение увидеть, подсказать. Настрой должен быть на каждую тренировку.
– Вы не раз отмечали, что все три вратаря команды должны чувствовать, что они первые. Зачем это нужно? Не удобнее ли идти за одним лидером?
– Вратари сами понимают, кто из них сильнее. Но если вы начнете на тренировках выделять одного, а остальных отодвигать… Кстати, однажды мне Газзаев так и сказал делать. Я настоял, что три вратаря всегда должны быть готовы выйти на поле. У нас была ситуация, когда Игорь получил дисквалификацию на матч со «Спартаком». Следующий матч был с «Динамо». Был выбор между Мандрыкиным и Габуловым. Мы выбрали Володю, хотя Мандрыкин был в статусе второго номера.
– Почему?
– Габулов лучше играл на выходах. А силовая манера «Динамо» требовала этого. А Веня был лучше на линии. И, учитывая стиль игры соперника, мы сделали такой выбор. Победили 2:0. Значит, сделали всё правильно.
А когда идут тренировки, в команде вратарей всегда есть лидер и ребята тянутся за ним. Им есть к чему стремиться и в результате они подтягиваются к нему. Так у второго и третьего голкипера идёт рост.
– Навещаете Мандрыкина?
– Да, в последний раз ездили с Игорем.
– Часто?
– Не так часто, как хотелось бы.
![](http://img-cdn9.business-gazeta.ru/images/a2/d0c0-77112171fcda717fc61e426e7487d9cf.jpg)
«ЛЕВАШОВУ ОЧЕНЬ ПОМОГ ПРИХОД
ГАБУЛОВА»
– Ходили слухи, что до вашего прихода в «Арсенал» Михаил Левашов был готов уйти из спорта.
– Да, так говорили.
– А что вы такого с ним сделали, что он так заиграл?
– Видимо, что-то я умею (смеется). Во вторых, там очень помог приход Габулова. Он подстегнул всех ребят. Я же рассказал о лидерстве? Вот оно так и было. Миша в период еще до меня, видимо, испытывал какие-то проблемы. Он чуть ли не срывался на другое место работы. Но в результате мы имеем то, что имеем. Кстати, в Туле сейчас играет и Артур Нигматуллин – тоже мой ученик.
– Приход Габулова в команду после длительной паузы – ваша инициатива?
– Нет, напротив. На тот момент я занимался молодежью, а Габулов был без команды почти год. Он попросил руководство ЦСКА разрешения тренироваться у меня с молодежкой. Роман Бабаев дал согласие, и Володя начал заниматься. Потом в конце сезона его позвали в «Арсенал», и он попросил меня поехать с ним. Я работал с молодежкой, но всегда хочется большего – я рванул туда. И у нас получилось. Мы довели его до вратаря сборной.
– А потом он уехал играть в «Брюгге»...
– Решил и уехал. Акинфеев не захотел, а Володя решился.
– Он объяснил, почему там не получилось? Возраст?
– Я бы не сказал, что причина в возрасте. Понимаете, всем надо найти свою команду. Приезжаешь в новый коллектив, времени не так много, сразу с места в карьер. Зато сейчас он министр спорта Северной Осетии. Недавно я ездил туда и проводил мастер-классы для детей, которые занимаются там.
![](https://img-cdn6.business-gazeta.ru/photos/200805/56574.jpg)
– Вы хорошо знакомы с
Сосланом Джанаевым. Общаетесь с ним по
ситуации, которая сейчас у него возникла?
– Нет, с ним не говорил. Но я хорошо знаю ситуацию через Виталия Кафанова. Конечно, жалко, что травмы продолжают преследовать Джанаева.
– Вся проблема в травмах?
– Да. Ведь из-за этого появился Медведев, сейчас Коновалов. Проблемы со здоровьем сильно помешали Сослану.
– В нашем чемпионате не осталось вратарей-легионеров. Это прямое воздействие лимита?
– Наш класс вратарей опять начал подниматься. В каждой команде есть российский вратарь достаточно высокого уровня.
– За счет чего?
– Начнем с самого простого: появляются не только российские вратари, но и хорошие тренеры по вратарям. Грамотные специалисты, которые работают в одном ключе. Это даёт свои плоды. Всё вытекает из этого.
– Вы были одним из спикеров на конференции вратарей, которая проходила в конце года. Помимо прочего речь шла и о лицензии для тренеров. Что она даёт?
– Эта лицензия позволяет работать не только у нас в стране, но и за рубежом. Сейчас РПЛ и ФНЛ требуют наличие лицензии. Даже детские тренеры лицензируются. Всё придёт к тому, что у тренеров вратарей будет такая же лицензия как и у главных тренеров. Сейчас и тренеры по физподготовке тоже должны иметь лицензию. Если УЕФА будет против, то мы будем получать нашу российскую лицензию, которая будет позволять работать у нас в стране. А если получим ее от УЕФА, то будем иметь право работать по всей Европе.
Недавно у нас было обучение по линии этой лицензии УЕФА. Мы были в Беларуси, в Риге и в Турции. Приезжала делегация от УЕФА. Они смотрели как проводятся занятия. У них есть специальные ответственные люди. Приезжали специалисты с разных стран. Они оценивали нас, обучали нас так, как считали нужным. Объясняли вплоть до того, как и где правильно стоять во время тренировки, чтобы не мешать главному тренеру и максимально отрабатывать занятие. Есть такие нюансы, о которых мы, правда, даже не задумывались. Но, несмотря на это, всё время отмечались наши вратарские тренировки.
– Главные тренеры вряд ли будут собираться на конференциях и делиться своими секретами. А у тренеров вратарей такой проблемы нет – все всё рассказывают друг другу. Почему?
– Это разные профессии. Там у всех свои секреты. А что здесь? Мы сторонники того, чтобы рассказывать всё и лучшее брать на вооружение. В таком же ключе работают все федерации в Европе. Они собираются в такие съезды и обсуждают некоторые моменты в тренировочном процессе.
– На конференции лично для себя открыли что-то новое?
– Кое-что да. Всегда кто-то даст полезный совет. Мы и так часто общаемся и выбираем у коллег что-то новое. Но у нас нет такого, что, например, я пришел и сказал делаем только так, как учу я. Нет. Каждый выбирает для себя то направление, которое считает для себя лучшим.
– Сегодня у тренеров вратарей очень много информации, которую дают тренажеры, датчики, медицинский штаб сообщает какие-то цифры. Раньше этого не было, но всё равно появлялись классные вратари. Ваши тренировки сильно изменились с приходом новых технологий?
– Да, мы пользуемся чем-то. Но, условно, некоторые датчики для вратаря не нужны. Его и не наденешь на себя, он мешает прыгать. В моем понимании это так. Но идти дальше без науки, считаю, неправильно. Мы заходим через другие аспекты и врачи нам тоже помогают, массажисты.
Что касается отличия тренировок, то они, конечно, есть. Занятия всегда должны меняться, потому что рутина убивает человека. Вратарей в том числе. Чтобы упражнения не приедались, то максимум через год их нужно менять. Да, направленность сохраняется, но они видоизменяются.
![](http://img-cdn3.business-gazeta.ru/images/ea/5a6c-8dea24dffbd4af9493dbff378ec9682a.jpg)
«ЕСЛИ МАЛЬЧИК НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ФУТБОЛИСТОМ, ТО ОБ ЭТОМ СТОИТ СКАЗАТЬ РОДИТЕЛЯМ»
– После «Арсенала» вы ушли в новомосковский «Химик»...
– Да, это фарм-клуб «Арсенала». Я там немножечко побыл, а потом уехал. Сейчас я в Реутове. Мы создаем вратарскую школу, о которой уже давно говорили.
– Расскажите подробнее...
– На территории спорткомплекса «Старт» в Реутове есть детская школа, где занимаются 350 детей и есть команда КФК. Не так давно я и Игорь Акинфеев ездили к губернатору Московской области и обговаривали некоторые детали. Губернатор сказал, что будем делать школу. Мы планируем, что это будет всероссийская школа. Но для начала нам нужно будет захватить московский регион.
Здесь же у нас будут проводится семинары. Причем мы будем обучать не только вратарей, но и тренеров вратарей. Мы разговаривали с Андреем Владимировичем Лексаковым. Они включают нас в систему РФС. Кроме этого, планируем проводить и выездные семинары. Например, я уже ездил во Владикавказ на три дня, Кафанов ездил в Беларусь. Мы стараемся расширить нашу базу.
Когда обсуждали этот вопрос, я разговаривал и с Акинфеевым, и с Габуловым. Мы пришли к тому, что хотелось бы, чтобы школа была настоящей, а не еще одним мыльным пузырем, которых сейчас очень много. В таких школах учат с трех до пяти лет, а потом пускают на самотёк.
– У школы будет какое-то название?
– Пока все на стадии переговоров. Планируем назвать её в честь Игоря Акинфеева.
– А по каким критериям проходит отбор у маленьких ребятишек? Ведь – прыгучий он или нет, да и неизвестно какой будет рост...
– Что касается роста, то обычно смотрят на родителей. Кроме этого, у детей мы обращаем внимание на ловкость, умение владеть телом, желание и трудолюбие. И самое главное тут – терпение тренера.
– Во время занятий вы ни разу не повысили голос на ребят...
– А зачем? Если он сыграл как-то неправильно, то я указываю на его ошибку. Но в тоже время надо поддерживать.
– А не расслабятся?
– Нет. Но, конечно, требование какое-то должно быть. Со старших я требую больше. А если человеку всегда говорить свинья, то он когда-нибудь захрюкает. Так и здесь. Это дети. Они стараются.
– Родители часто приходят посмотреть на занятия?
– Бывает. За определенный период они видят, как дети растут в профессиональном плане. То есть, не ты подходишь и начинаешь им говорить, какой замечательный мальчик. Я этого им не говорю. Я говорю: «Смотрите сами – растёт ребенок или не растёт». Но в тоже время, как говорил Евгений Гинер, если мальчик не может быть футболистом, то стоит сказать родителям, что ему нужно идти в другую сферу, ведь так мы можем потерять какого-то большого ученого.
– А много детей вам приходилось отсеивать?
– Конечно. Например, ребята после академии приходили в молодежку. Но через какое-то время мы отправляли их в свободный полет. Но перспективные ребята каким-то образом возвращались. Тот же Джанаев прошел круг, Нигматуллин, Габулов.
– А почему Реутов?
– Во-первых, здесь всё в шаговой доступности. Школа очень удобно расположена географически. Людям, которые будут сюда приезжать, будет максимально комфортно. Во-вторых, в 1997 году я здесь только начинал строить эту школу вместе с моим другом Борисом Пантелеевичем Алифёровым. Он сохранил эту школу и сейчас я вернулся сюда вновь. Огромное спасибо ему.
По нашим планам здесь будет строиться еще одно поле с подогревом и освещением. Будут возведены трибуны, гостиничный комплекс. Он нужен, чтобы разместить тех, кто будет приезжать на семинары. В этом же комплексе обязательно будут классы для занятий. Тут уже есть недостроенный спортивный комплекс, который мы планируем достроить. И нас получится полная инфраструктура.
– Для чего вам это?
– Понимаете, хочется оставить за собой не только магазины и гостиницы, а хочется сделать вот такие школы, обучать ребятишек. Это действительно интересно.
![](http://img-cdn3.business-gazeta.ru/images/d8/dd57-c098d637d8a05012ad97c5bafb5277ee.jpg)
«ЯШИН СКАЗАЛ: «ДАЖЕ НЕ ДУМАЙ ЗАВЕРШАТЬ КАРЬЕРУ»
– Вячеслав Викторович, ваша вратарская судьба была предрешена уже с роддома, откуда вас забирали отец, Лев Яшин и Алексей Хомич?
– Да, действительно, из роддома меня забирали они втроем.
– Помните, когда впервые встали в ворота?
– Маленьким я прошел через плавание, баскетбол, гимнастику. А когда пришло время, меня отвели в школу донецкого «Шахтера». Меня взяли, потому что отец был известным вратарем, который раньше играл в «Шахтёре». Когда меня увидели, сказали: «Ооо, ты высокий. Также как и папа будешь играть в воротах!». А мне не хотелось. Я очень часто убегал с тренировок, пропускал занятия. А в классе седьмом у меня что-то щелкнуло и всё стало наоборот: я стал убегать со школы, чтобы успевать на две тренировки в день.
– У вас было много травм, но в тоже время вы доиграли до 44-х лет…
– Травмы само собой мешали карьере. Например, из-за мизинца я потерял почти год. Мне из ребра сделали новый. Ничего, живой (смеётся). Думаю, я немного пересидел в «Шахтёре» по возрасту. В последний вагон успел заскочить – в «Торпедо». На тот момент мне было уже 27 лет. Хотя до этого я прошел через все сборные в нашей стране. Думал, что сыграю на Олимпиаде в 1984 и закончу. Тогда я пришел ко Льву Ивановичу Яшину в больницу и сказал о своем решении. Он ответил: «Даже не думай! Ты последний представитель старой школы. Дасаев – это уже новое поколение». После его слов я почти 10 лет еще отыграл.
– Вы долго играли в «Шахтёре». Приходилось ли когда-нибудь спускаться в шахты?
– Обязательно. У нас в семье и дедушка и бабушка шахтёры, работали под землей. В детстве я приезжал к ним и лазил по шахтам. А уже играя за «Шахтёр» мы спускались и в качестве экскурсии, и просто так – на 700 - 800 метров. Что такое шахтёрский труд, я знаю. У меня есть два ордена «Шахтёрская слава». Я рад и горжусь этим.
– Ринат Дасаев в книге «Команда начинается с вратаря» несколько страниц посвятил вам...
– Почему он написал про меня в книге? Когда мы приехали в сборную перед чемпионатом мира в Испании в 1982 году, то ни он, ни Витя не были в своей лучшей форме. Я ему предложил заниматься так, как вижу это я. Мы жили в одной комнате. Я помню, как он писал эту книгу. В ней он говорит, что если бы рядом не было меня, то всё могло бы сложится иначе.
– А сейчас общаетесь с Дасаевым?
– Да. В 80-х всё кружилось вокруг трех вратарей, которых вы только что назвали. Мы получали звания лучших в стране – то он, то я. Сейчас у нас дружеские отношения, которые мы поддерживаем уже очень давно. Вратари в целом всегда поддерживают отношения.
– Перед ЧМ-1982 тренеры выбирали между Дасаевым, вами и вашим братом. Верно?
– Да. Поехали мы с Ринатом. Тогда Лев Иванович Яшин сказал, что мы давно не были на чемпионатах мира. Вратари у нас молодые. На тот момент Дасаеву – 25, Вите – 23, мне – 31. И тренеры сборной, выбирая между нами, решили, что лучше взять того, кто опытнее. Мало ли, что может случится. Вдруг кто-то не попадет в игру. Решили, что мой опыт может пригодиться.
– Как Виктор на это отреагировал?
– Мы с ним это всё обговорили. Думаю, что было бы лучше, если бы поехало три вратаря. Но здесь был честный выбор, честная борьба. И, насколько я знаю, все решил матч в «Лужниках» перед отъездом, в котором играли команды СССР-1 и СССР-2. Тогда Витя отыграл минут 20 во втором тайме. А я играл с первой минуты.
– В тот период между Константином Бесковым и Валерием Лобановским уже был конфликт. Это наверняка сказывалось на атмосфере в коллективе?
– Естественно. Было три тренера, у каждого были игроки из своих команд. Свое видение.
– В 83-м вы играли в сборной с Фёдором Черенковым. На тот момент уже знали о его болезни?
– Нет, ее не было видно. Я думаю, что в тот год на него слишком много всего навалилось. Он ведь играл и за первую, и за олимпийскую сборные. Может такая большая физическая нагрузка тоже повлияло на это.
– В те годы хватало договорняков. Вам никогда не предлагали сдать игру?
– Сказать, что «нет» – будет неправильно. Всё решалось мимо нас. Но я всегда стоял до последнего.
– Вам лично предлагали деньги?
– Было один раз. Но я спустил их с лестницы. Больше никто никогда не подходил. Футбол – это маленькая страна. Один раз предашь – это всегда всплывает. Я остался чистым.
ДОСЬЕ «БИЗНЕС Online»
Вячеслав Викторович ЧАНОВ
Тренер вратарей
Дата
рождения: 23 октября 1951 года
Место рождения: Москва, СССР
Карьера игрока: «Шахтёр» (Донецк)
– 1969 - 1978; «Торпедо» (Москва) – 1979 - 1984;
«Нефтчи» (Баку) – 1984 - 1986; ЦСКА
(Москва) – 1987 - 1989; ГСВГ (Германия) – 1988
- 1989; «Оптик» (Ратенов, Германия) – 1990 -
1993.
Карьера тренера:
ЦСКА (Москва) – 1995, 1998 - 1999; 2002
- 2014; ЦСКА - М (Москва) – 2015
- 2016; «Арсенал» (Тула) – 2017 - 2018; «Химик»
(Новомосковск) – 2018.
Достижения: серебряный (1975) и бронзовый (1978) призёр чемпионата СССР.
Индивидуальные достижения: лучший вратарь СССР (1981), член клуба Яшина: 130 матчей без
пропущенных мячей.