комментарии 27 в закладки

«В России водку пьют больше, чем в Финляндии». Хартикайнен – о русском языке, охоте и НХЛ

erid:

За шесть лет в России финн так и не выучил русский.

Нападающий «Салавата Юлаева» Теему Хартикайнен играет в России играет с 2013 года. С тех пор он побил клубные рекорды по матчам в КХЛ (411), по количеству голов (122) и ещё до нового года должен обойти Александра Радулова по набранным очкам (292 против 299). 

Большие интервью – редкость для финна, но для «БИЗНЕС Online» он сделал исключение. Рассказал, почему до сих пор не может разговаривать на русском языке, что должно произойти, чтобы он продлил контракт с Уфой и как лучше всего приготовить блюдо из лосятины.

Теему Хартикайнен / фото: Светлана Садыкова, БИЗНЕС Online


«Я НЕ ПРИТВОРЯЮСЬ, ЧТО НЕ ЗНАЮ РУССКИЙ ЯЗЫК»

– Теему, мы могли бы записать это интервью на русском?

– Всё интервью? Нет, у меня не такой уровень. Я понимаю некоторые вещи, учу слова. Могу вызвать такси, сходить в ресторан, понимаю многое из того, что говорит тренер, но не чувствую себя уверенно, когда говорю на русском.

– Вы уже шесть лет живёте в России. Что мешало выучить язык?

– Я никогда не был силён в обучении. Слова учил только по принципу: что-то увидел – спросил. То же самое и с английским языком. Мне понадобилось очень много лет, чтобы заговорить на нём. 

– Слышал версию, что вы знаете русский, но притворяетесь что не знаете.

– Я не притворяюсь. Просто иногда, понимая слова, я могу понять суть того, о чём мы говорим, объект обсуждения. 

– Самая сложная жизненная ситуация, когда вы можете объясниться на русском?

– Например?

– Не в такси и в ресторане, а в банке, например.

– Очень сложно. В таких случаях я использую гугл-переводчик. Если что, буду говорить по словам и это как-то решит проблему. Если мне нужна карта, то я скажу: «Я хочу новый банк карта». Это лёгкий русский, слова «банк» и «карта» понятны и на английском, и на русском.

– Тяжёлое изучение языка присуще финнам или это вы такой лентяй?

– Не, есть же Туомас Саммелвуо - главный тренер сборной России по волейболу. Он отлично знает язык. Он выучил язык года за полтора, потому что ему нужно общаться с ребятами. В моей ситуации лучше знать английский, потому что многие знают этот язык, в том числе в Уфе, да и в раздевалке можно говорить на нём. Тяжело учить и совмещать это с тренировками. Ты приходишь с тренировки домой, надо отдохнуть, а тут учёба… Становишься немного ленивым. Но что касается хоккея – я не ленивый.

– Саммелвуо летом приезжал в Уфу. Удалось увидеться?

– Мы с ним давно знакомы, в Финляндии живём недалеко друг от друга. Его сын как-то приходил в зал, где я работал, мы обсуждали нашу жизнь в России. Хотели поужинать, когда Туомас приезжал в Уфу, но у него было тяжёлое расписание, поэтому не получилось. 

«ОСОБЕННОСТИ НАЦИОНАЛЬНОЙ ОХОТЫ» СМОТРЕЛ БЕЗ ПЕРЕВОДА. ОНИ ВЕСЬ ФИЛЬМ ПИЛИ»

– Чем финны отличаются от русских?

– Мы вообще разные. Здесь, например, вообще по-другому водят машину. Русские за рулём, как сумасшедшие! В Финляндии ты выехал из дома и едешь по одной полосе, здесь такого не бывает. Вообще, в России очень много разных людей, сложно как-то составить один образ. 

– Вы за эти шесть лет не стали русским?

– Немного, да. Большую часть своей жизни я живу вне Финляндии и часть менталитета беру из других мест. В том числе из США, из России. 

– Что из России?

– В России люди говорят что думают. Они прямолинейные. В Европе и Америке более дипломатичные, толерантные. Сейчас я тоже говорю в глаза то, что думаю. Возвращаясь в Финляндию, люди немного шокируются, они не привыкли к такому общению.

Теему Хартикайнен / фото: Светлана Садыкова, БИЗНЕС Online


– Вы смотрели фильм «Особенности национальной охоты»?

– С Вилле Хаапасало? Конечно! Очень смешной. Хаапасало даже книгу написал об этом. 

– На русском смотрели?

– Да, я читал книгу и посмотрел на русском, там вроде всё было понятно. Они весь фильм пили (смеётся).

– Говорят, что финны не умеют пить.

– Это не только в Финляндии. Кто-то пьёт много, кто-то меньше, это по всему миру. Никакой особенности. На севере у нас мрачно, темнеет раньше, там пьют больше. Солнце село – надо выпить. А летом погода отличная, почему бы не выпить? Ха-ха! В России больше пьют водку, чем в Финляндии. Там больше пива, вина, какие-то коктейли. Не часто бывает такое, что на стол ставят бутылку и компания начинает пить. 

– После переезда в Россию у вас были случаи, когда вы напивались так, как никогда раньше?

– Конечно, бывало. Каждый так делал.

– Кто из игроков главный любитель алкоголя?

– Это сложно. Когда я приехал сюда шесть лет назад, игроки пили больше. Персонально ни о ком не скажу, но тогда было по-другому. Сейчас поменялась ментальность, ты должен быть быстрее, у тебя больше игр, тебе нужно успевать восстанавливаться. Алкоголь влияет на это негативно, поэтому пить стали меньше.

«СТОИТ МАННИНЕНУ ЗАБИТЬ LUCKY-ГОЛ И ВСЕ УВИДЯТ, ЧТО ЭТО ХОРОШИЙ ИГРОК»

– Вы пропустили почти всю предсезонку. Почему?

– Это началось два года назад в плей-офф, тогда я сломал плечо. Мы пытались всё решить без операции, но в течение прошлого сезона становилось всё хуже и хуже, я весь год играл через боль. Мы понимали, что нужна будет операция после сезона. Я её сделал. В Финляндии мне починили плечо, почти всё лето я восстанавливался. Зато сейчас играю без боли и это очень круто. Тяжело было играть, когда ты понимаешь, что тебя ждёт операция.

– Берегли себя?

– Немного да, в каких-то ситуациях ты понимаешь, что лучше уйти от жёсткого силового приёма, действовать аккуратнее.

– Почему операцию делали в Финляндии?

– Когда я травмировался, меня консультировал врач сборной. Потом был специалист, который следил за моим плечом на протяжении прошлого года, он и направил в финскую клинику.

– В Финляндии такую операцию делать дороже, чем в России?

– Если честно, я не знаю сколько бы стоила такая операция в России. Но это обычная операция, там не нужны были какие-то специалисты в узких областях. Я все свои операции делал в Финляндии, это удобно. В первую очередь для общения, я должен точно всё понимать.

– Что самое сложное после такой операции?

– Самое важное – прогнать из головы тяжёлые мысль, боязнь чего-то. Нужно много энергии, чтобы восстановиться. Есть и локальные задачи – тебе нужно не только подготовиться физически к сезону, но дополнительно подготовить плечо.

Теему Хартикайнен / фото: Светлана Садыкова, БИЗНЕС Online


– Как изменилась ваша игра со сменой центрального нападающего?

– Кепу был чуть другим, большим, более ориентированным на оборону. Маннинен игрок другого профиля, он более быстрый. С каждой игрой наше взаимопонимание становится всё лучше. Стоит ему забить пару голов и вы увидите каким он может быть. Всё изменится.

– В матче со «Спартаком» гол забил Маннинен или Умарк?

– Не знаю, если честно, кто забил. Мы это и не обсуждали. Да и какая разница.

– Так, может, ему как раз этого гола и не хватило для толчка...

– Может быть, да. Но он ещё начнёт забивать, ничего страшного.

– Почему у него не получается?

– Когда не забиваешь, на тебя всегда будет больше давления. Стоит ему забить lucky-гол и все увидят, что это отличный игрок. У всех бывает такая полоса. У меня тоже такое было, когда ты не забиваешь и все вокруг говорят что ты плохой.

– Как изменилась ваша игра с появлением Маннинена?

– Когда мы перехватываем шайбу, мы быстрее переходим в атаку. Это из-за того, что Маннинен очень быстрый, он может быстрее привезти шайбу в чужую зону. Для меня стало больше борьбы в углах.

– С Кемппайненом общаетесь? Говорят, он несчастен в Питере...

– Мы встречались, когда «Салават» играл в Питере. Там много хороших игроков и у них пока нет необходимой химии в звене, как было в Уфе. Всё это не так просто выстраивается. Конечно, он переживает, потому что не играет на том уровне, на котором играл в прошлом году. Но он работает, продолжает в том же духе.

«ЕСЛИ БУДЕТ ПРЕДМЕТНЫЙ ИНТЕРЕС ИЗ НХЛ, ТО ПОДУМАЮ О ПЕРЕХОДЕ»

– Уже не первый год ходят разговоры о том, что вы хотите уехать из КХЛ. Сначала вас «тормознул» Эркка Вестерлунд. Что на этот раз?

– Перед тем, как подписать новый контракт, были мысли о том, чтобы поменять команду. Но парни остались, Юха продлил контракт, у нас отличный шанс побороться за Кубок Гагарина. Слухи-то были, но я никогда не говорил о том, что собираюсь куда-то уходить.

– Что будет определяющим после завершения нынешнего контракта весной?

– Это пока большой вопрос. Самое главное, чтобы я видел, что «Салават Юлаев» хочет бороться за Кубок Гагарина. Уже много раз переживал перестройку команды, устал от этого. Если я почувствую, что мы будем биться за Кубок в следующем сезоне, то никаких проблем не будет.

– Готовы к тому, что потолок зарплат скажется на новом контракте?

– Сложно сказать. Если ты хорошо играешь, набираешь много очков, то вряд ли будешь доволен тем, что у тебя сократится зарплата. Мало таких людей. Урезание зарплаты скажется на любом человеке, это касается не только хоккея. Если ты стараешься, хорошо выполняешь свою работу, а денег начинаешь получать меньше, то могут опуститься руки. 

– На следующий год вам исполняется 30. Есть амбиции поиграть в НХЛ или уже поздно?

– Я не знаю. Много лет мне это было интересно. Если я буду в порядке и команда будет во мне заинтересована, если будет предметный интерес, то можно будет об этом подумать.

– Предметные разговоры были за то время, что вы играете в Уфе?

– В этом году перед подписанием контракта с «Салаватом» был интерес, мы не знали что они предложат, плюс мне предстояла операция. Если бы я полностью был здоров, то я бы изучил ситуацию.

Теему Хартикайнен / фото: Светлана Садыкова, БИЗНЕС Online


– Умарк хочет уехать в Европу, потому что там нет длинных выездов и где бы ты не играл – всегда спишь в своей кровати. У вас такого желания нет?

– Да, есть команда, которая играет в моём родном городе, у меня даже есть часть прав на неё. Возможно, когда я буду завершать карьеру, приеду играть за «Калпо». Сами Капанен, Киммо Тимонен тоже являются хозяевами этого клуба. У Капанена большая часть акций клуба – 50,5 процента.

– Как вы влияете на жизнь клуба?

– Прямо сейчас я играю в хоккей, пока нет никакого влияния. Люди там занимаются своей работой. Возможно, после завершения карьеры буду там работать. Это мой родной город, я всегда хотел помогать своей родной команде. Моему ребёнку два года, я бы хотел, чтобы он обучался и рос в Финляндии.

– Как вам достались права на «Калпо»?

– Купил, но там небольшая доля – 4 - 5 процентов.

– Сколько это стоит?

– Ха-ха! Не скажу.

– Какой бюджет у клуба?

– Зарплатная ведомость там, примерно, два миллиона евро.

«ПРЕЗЕРВАТИВ НА РУЖЬЕ БЫЛ ТОЛЬКО ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ В НЕГО НЕ ПОПАЛ СНЕГ»

– Что вас привлекает в охоте?

– Ключевое – это то, что я могу находиться на природе. Неважно, рыбалка это или охота. Поймал ты кого-то или застрелил, не так важно. Главное – свежий воздух. Кто-то играет в гольф, а я в своё свободное время стараюсь выбраться на охоту. 

– То есть, если вы просто погуляли, то охота уже удалась?

– Да, конечно. Вообще не важно. Остальное – это бонус.

– Это похоже на то, что вы играете в хоккей, но не забиваете, и получаете удовольствие...

– Бывает, что ты стреляешь, но промахиваешься и расстраиваешься, теряешь уверенность. То же самое в хоккее, согласен, порой чувства похожи. Но не забывайте, что охота – это хобби, там нет никакого стресса, никакого давления. На охоте я отдыхаю от хоккея.

– Изучаете повадки животных, знаете теорию?

– Недалеко от моего дома есть специальный тир. Тысячу раз за лето я хожу туда, практикуюсь. 

– На одной из нашумевших фотографий из вашего инстаграма, с убитым лосем, у вас на ружье был презерватив. Многие тогда посчитали, что это такой троллинг «Автомобилиста».

– Это только для того, чтобы в дуло не попал снег. Когда походишь по лесу зимой, не обращаешь внимание, как у тебя уже полное ружьё снега. 

– Того лося вы убили сам?

– Да. 

– Что с ним было дальше?

– Пристрелили, я сфотографировался, отправил фото отцу. Лося разделали. Мясо потом весь год ели.

– Что вы обычно делаете с убитым животным?

– Мясо можно использовать в еду. Кости и шкуру – использовать как приманку, а можно отдать в специальные лавки, вам сделают из них какую-то одежду или украшения.

– Умеете готовить лосятину?

– Я много готовлю, очень люблю. 

– Научите нас есть лося...

– Берёте филе, жарите его на сковородке. Степень прожарки – medium rare. Добавляешь специи, грибочки, нужно очень много сливочного масла. Мясо лося не жирное, его можно есть как угодно. Лазанью сделать, например.

– Самое диковинное животное, на которое вы охотились?

– На диковинных не охотился. На птиц, лосей, лис, кроликов.

– Говорят, на лис охотиться непросто...

– Нужно сохранять максимальную тишину. Ты свистишь в свисток и ждёшь. Ждать можно часами. Лисы очень умные.

– А что делаете с убитой лисой?

– Я не умею разделывать лису. Нужен специалист, который сошьёт тебе шапку или перчатки. У меня есть шапка из убитой лисы, я её ношу зимой. Сейчас ещё начал заниматься зимней рыбалкой, поэтому лисья шапка меня прямо спасает.

– Не жалко животных?

– В общем-то, нет. Если не отстреливать, популяция будет слишком большой. Это опасно для жителей, потому что лоси начинают часто выбегать на дороги, случаются серьёзные аварии. Контроль популяции. У нас есть охотничьи группы, которым государство даёт какую-то зону. В этих зонах можно отстрелить определённое количество лосей. В Финляндии за этим следят, и для кого-то охота – это работа.

ДОСЬЕ «БИЗНЕС Online»
Теему ХАРТИКАЙНЕН
Амплуа: нападающий
Дата рождения: 3 мая 1990 года
Место рождения: Куопио (Финляндия)
Рост: 186 см. Вес: 106 кг.
Карьера: «Калпа» (Куопио) – 2007 - 2010; «Эдмонтон» (НХЛ) – 2010 - 2013; «Салават Юлаев» (Уфа) – с сезона 2013/14.
Достижения: чемпион Финляндии (2008), кавалер ордена «За заслуги перед Республикой Башкортостан».

Максим Никерин
Оценка текста
+
0
-